Хорошее кино
Хорошее кино
А | Б | В | Г | Д | Е | Ж | З | И | К | Л | М | Н | О | П | Р | С | Т | У | Ф | Х | Ц | Ч | Ш | Щ | Э | Ю | Я | Весь список
Дмитрий Шостакович
(25.09.1906 - 09.08.1975)
Седьмая Блокадная
Избранная фильмография:
Композитор
Король Лир ... 1971
Год, как жизнь ... 1966
Гамлет ... 1964
Первый эшелон ... 1956
Овод ... 1955
Единство ... 1954
Белинский ... 1953
Незабываемый 1919-й год ... 1952
Встреча на Эльбе ... 1949
Мичурин ... 1949
Молодая гвардия ... 1948
Пирогов ... 1947
Простые люди ... 1945
Зоя ... 1944
Приключения Корзинкиной ... 1941
Выборгская сторона ... 1939
Глупый мышонок ... 1939
Великий гражданин ... 1938-39
Друзья ... 1938
Человек с ружьем ... 1938
Возвращение Максима ... 1937
Волочаевские дни ... 1937
Подруги ... 1936
Любовь и ненависть ... 1935
Юность Максима ... 1935
Встречный ... 1932
Златые горы ... 1931
Одна ... 1931
Новый Вавилон ... 1929

Ленинградцы мужаются - ну и Бог с ними!         

Антонине Васильевне Кирпиченко, Блокадникам посвящается

 

 

                     "Вам казалось, что он - "хрупкий, ломкий, уходящий в себя, бесконечно непосредственный и чистый ребёнок". Это так.                  Но, если бы было только так, то огромного искусства (как у него) не получилось бы. Он именно то, что Вы говорите, плюс                  к тому - жёсткий, едкий, чрезвычайно умный, пожалуй, сильный, деспотичный и не совсем добрый (хотя от ума добрый).                  Вот в таком сочетании надо его увидеть. И тогда в какой-то мере можно понять его искусство" (Зощенко - Шагинян. 50                  писем Шостаковича. Стр. 131).

 

                     "Когда я хожу по нашему городу, у меня возникает чувство глубокой уверенности, что вечно величаво будет красоваться Ленинград на берегах Невы, что вечно Ленинград будет могучим оплотом моей Родины, что вечно будет умножать достижения культуры. Помните, что нашему искусству грозит великая опасность. Будем же защищать нашу музыку, будем же честно и самоотверженно работать. Заверяю вас от имени всех ленинградцев, работников культуры и искусства, что мы непобедимы и что мы всегда стоим на боевом посту" Дмитрий Шостакович, из выступления по радио 17.09 1941 года. 

 

                     "Я глядела на него, мальчика, хрупкого человека в больших очках, который взволнованный и невероятно смущённый, без малейшей улыбки, неловко кланялся, кивал головой слушателям, и думала: "Этот человек сильнее Гитлера" (Ольга Берггольц, кн. "От имени ленинградцев").

 

          1. НОВАЯ ГАРМОНИЯ


          Родители Шостаковича - Дмитрий Болеславович и Софья Васильевна - родились в Сибири. Дед Шостаковича - Болеслав Петрович Шостакович - был участником Варшавского национально-освободительного восстания 1863 года. Его друг и предводитель восстания Ярослав Домбровский был спасён Болеславом от верной гибели и эмигрировал во Францию, где стал генералом Парижской коммуны. А Шостаковича арестовали и заключили в Петропавловскую крепость. Его обвиняли и в участии в деле Каракозова, покушавшегося на жизнь Александра II. Затем Болеслав Шостакович был выслан на вечное поселение в Сибирь. Там женился на женщине, добровольно поехавшей за ним в изгнание. Их единственный сын Дмитрий в конце XIX века поступил в Петербургский университет и навсегда остался в Петербурге. Он был инженером-химиком, сотрудником Менделеева и большим любителем музыки. Сам обладал мягким и приятным баритоном и с тонким вкусом исполнял романсы на домашних вечерах. Ведь и Болеслав Петрович любил петь. Музыкально одарённой была и мама Дмитрия Шостаковича. Она училась в консерватории и подавала большие надежды как пианистка. Раннее замужество и рождение детей помешали ей совершенствовать своё искусство. Но для двух дочерей и сына она явилась первой музыкальной наставницей. Старшая дочь, Мария, стала преподавателем в Ленинградской консерватории. Младшая, Зоя, тоже занималась музыкой.
          Шостакович же наотрез отказывался музицировать. Но "музыкальная" обстановка в семье, частое посещение Мариинского театра мало-помалу делали своё дело. У Шостаковича неожиданно проявились замечательные музыкальная память и слух, слух абсолютный.
          Хотя Митя Шостакович был очень общительным и подвижным мальчиком, любил играть во дворе. И его любили - на даче, в селе Ириновка, в Шереметьеве на берегу Невы. Митя лазил по деревьям и играл с собаками.

          В родном доме царила атмосфера дружбы и умиротворения, приходили знаменитости: семья хирурга Грекова, Кустодиевы, писательница Клавдия Лукашевич. Но главной чертой характера отца семейства было благоговейное отношение к труду. Эта "интеллигентская" черта передалась и детям. Немалая заслуга в становлении Шостаковича принадлежит его маме.
         Мама определила одиннадцатилетнего Митю в школу Гляссера, известного музыкального просветителя. У него мальчик стал играть сложные сонаты Моцарта, Гайдна, "Маленькие фуги" Баха.

         

         Политические убеждения

         По словам знаменитого биографа Дмитрия Дмитриевича Шостаковича Софьи Хентовой, "Шостакович пришёл в жизнь с верой в революцию". Можно сказать, что Шостакович происходил из "революционной" семьи. Не только дед, Болеслав, но и прадед композитора - Пётр Михайлович (виленский ветеринар) за причастность к восстанию в Польше и Литве (1831) был сослан на Урал. Бабушка Варвара Шапошникова входила в дружеское окружение Н.Г.Чернышевского, ее братья Гаврил и Александр были друзьями отца Ленина Ильи Николаевича. В семье Шостаковича говорилось о родстве с Лениным через его маму Марию Александровну Бланк. Отец Шостаковича хранил прокламации, тётя вышла замуж за эсера Вячеслава Яновицкого, осужденного к каторге за нападение на полицейский участок, венчание состоялось в тюрьме Кресты, на другой тёте женился большевик Максим Кострикин, побег которого из Сибири организовал Болеслав Шостакович.
        Маленький Шостакович наблюдает за событиями своего времени и сочиняет фортепианную пьесу "Солдат", а в 1917-м - "Гимн свободе". Однажды он даже участвует в демонстрации, а затем пишет "Траурный марш, посвящённый жертвам революции". На любого маленького мальчика подействовали бы то, что творилось в России в ту пору.

       Но главным для юного Шостаковича становится музыка. Он - частый и желанный гость во многих домах петроградской интеллигенции. Писатель Константин Федин вспоминает один из таких вечеров в доме известного хирурга Грекова: "Чудесно было находиться среди гостей, когда худенький мальчик, с тонкими поджатыми губами, с узким, чуть горбатым носиком, в очках, старомодно оправленных блестящей ниточкой металла, абсолютно бессловесный, сердитым букой переходил большую комнату и, приподнявшись на цыпочки, садился за огромный рояль. Чудесно, ибо по какому-то непонятному закону противоречия худенький мальчик за роялем перерождался в очень дерзкого музыканта, с мужским ударом пальцев, с захватывающим движением ритма. Он играл свои сочинения, переполненные влияниями новой музыки, неожиданные и заставляющие переживать звук так, будто это был театр, где всё очевидно до смеха или до слёз. Его музыка разговаривала, болтала, иногда весьма озорно: и те, кто обладал способностью предчувствовать, уже смогли в сплетении его причудливых поисков увидеть будущего Дмитрия Шостаковича".

       На юного композитора оказали большое влияние спектакли Мариинского театра. Ведь как раз тогда в операх Мусоргского, Римского-Корсакова блистали корифеи Шаляпин и Ершов. Наибольшее впечатление производил Шаляпин. Шостакович всю жизнь преклонялся перед Мусоргским. Но поражал воображение и Иван Ершов в роли Гришки Кутерьмы в опере Римского-Корсакова "Сказание о невидимом граде Китеже". Под его воздействием Шостакович затем создаст образ Задрипанного мужичка в опере "Катерина Измайлова". А, например, опера Чайковского "Евгений Онегин" заворожила его своим оркестровым звучанием, способным "омузыкалить" самые различные человеческие чувства. В дальнейшем Шостакович становится мастером ТЕМБРОВОЙ ДРАМАТУРГИИ, заключающейся в умении композитора находить такие краски оркестра, которые наиболее полно передают его замысел.
       Оперы немца Рихарда Вагнера поражали воображение красочной звучностью оркестра, необычностью героев древнегерманского эпоса. Балетная музыка Игоря Стравинского ("Петрушка", "Жар-птица", "Весна священная") будоражила воображение сочетанием свежести, новизны звучания с яркой характерностью музыкальных образов.
       Шостакович поступает в Петроградскую консерваторию. После пяти лет непрерывных войн в стране царят голод, разруха, болезни: В это время среди поступающих в консерваторию выделяется мальчик в матросском костюме, хрупкий и нежный, который кажется моложе своих лет. Из-за стёкол очков на Вас смотрят серые дымчатые глаза. Ясный взор устремлён куда-то внутрь (Богданов-Березовский).

       Часто бывает так: чем страшнее действительность, тем ярче таланты, живущие в ней. На момент поступления в консерваторию Шостаковича из нее только что ушёл Римский-Корсаков. Петроградская консерватория и в Европе пользовалась отличной репутацией. В ней нередко совершенствовали своё мастерство музыканты, уже завершившие образование в консерваториях других европейских столиц. "По роялю я занимался у выдающегося педагога, первоклассного музыканта Л.В.Николаева, - писал Шостакович. - Надо высказать сожаление по поводу того, что он, ученик Танеева, не преподавал и композицию". Благодаря Николаеву юноша становится более самостоятельным, у него постепенно вырабатывается свой собственный пианистический стиль. Несколько суховатый, "токкатный", очень выразительный, благородно простой и эмоционально сдержанный.
       Он посещает класс композиции профессора М.О.Штейнберга, друга Римского-Корсакова, ратующего за творческий подход к музыке. Шостакович: "Штейнберг умело и чутко воспитывал в своих учениках хороший вкус. Ему я прежде всего обязан тем, что научился ценить и любить хорошую музыку".
       Шостакович жил на улице Марата и ежедневно проходил пешком большое расстояние до консерватории и обратно, так как трамваи не ходили. Организм Шостаковича ослаб от недоедания. Глава консерватории Глазунов охарактеризовал юношу как "одарённейшего ученика". Луначарский наложил резолюцию: "Дмитрию Шостаковичу, пианисту и композитору четырнадцати лет выдать академический паёк".
       Шостакович слушал музыку: запоминая, оценивая, анализируя (по воспоминаниям одного из друзей). В его ранних произведениях преобладают естественно образы задорные, скерцозные (по-итальянски - шутка). Шостакович уже поражает своей моцартовской лёгкостью. Интересны его фортепианные произведения тех лет: сборник из пяти прелюдий. Последняя - фа-минорная - через тридцать лет стала основой одного из хоров в "Десяти хоровых поэмах", а затем темой Одиннадцатой симфонии. Тогда были созданы "Фантастические танцы".
       
       Молодой Шостакович подружился с высокообразованным маршалом Михаилом Николаевичем Тухачевским, всю жизнь очень любившим музыку. "Дмитрий Дмитриевич - это гений!" - говорил Тухачевский. "Нам непременно доведется услышать о великой славе Шостаковича". Когда Тухачевского расстреляли летом 1937 года, Шостакович "испытал почти физическую боль".
       Молодой композитор дружил и со Всеволодом Эмильевичем Мейерхольдом. Его опера "Нос" создана под несомненным влиянием мастера (постановка "Ревизор" Гоголя). Когда в доме у Мейерхольда начался пожар, Всеволод Эмильевич позвонил сначала пожарным, а затем взял с полки папку и вручил её своему собеседнику со словами: "Это партитура Шостаковича, держите её и не выпускайте из рук". Шостакович и Мейерхольд были новаторами в музыке.
       В 1922 году умер отец Шостаковича Дмитрий Болеславович. Шостакович создаёт своё самое значительное произведение консерваторских лет - СЮИТУ ДЛЯ ДВУХ ФОРТЕПИАНО. Это строго гармоничное произведение с уравновешенностью и завершенностью частей.

       В эти годы он  устраивается музыкальным иллюстратором в один из ленинградских кинотеатров. Кино было немым. Существовали специальные сборники фортепианных сопроводительных пьес и инструкции по их исполнению. Когда на экране появлялись нэпманы, надо было исполнять мещанский романс, фокстрот или танго, для военных - марши и т.д. Всё это было довольно низкого качества. Но постепенно совершенствовались и кино и аккомпанемент. Консерваторский музыкант не мог играть дурную бессодержательную музыку. В это время Глазунов пишет Луначарскому о том, что у Шостаковича обнаружен туберкулёз желез. Шостакович: "Служба в кинотеатрах парализовала моё творчество. Сочинять я тогда совсем не мог и лишь когда совершенно бросил кино, я смог продолжать работать". Но это случилось нескоро. Срочная поездка в Крым по состоянию здоровья.
      В 1923 году Шостакович закончил консерваторию. Первое выступление в концертном зале Кружка друзей камерной музыки. Домашнее пианино продано из-за долгов. Журнал "Театр": "В игре Шостаковича поражает радостно-спокойная уверенность гения".
      Создана ПЕРВАЯ СИМФОНИЯ. Герой симфонии охвачен смятением и тревогой перед лицом непримиримых жизненных противоречий. Но потрясённый предчувствием борьбы, испытывает не только тревогу, но и решимость. Отсюда тот активный волевой тонус произведения, нервная импульсивность музыки, которая в дальнейшем станет характерной для Шостаковича. Такая глубина содержания традиционна для симфонического жанра, который ещё сравнивают с романом в литературе. Чувства, выраженные Шостаковичем в Первой симфонии, были слишком глубоки для его возраста.
      Тогда он был влюблён в свою сверстницу Татьяну Гливенко. Это было первое настоящее чувство в его жизни. Гливенко Шостакович посвятил Трио для фортепиано, скрипки и виолончели, переименованное в Поэму, написанную в 1923 году. На глубину переживаний, выраженную в Первой симфонии, повлияла и болезнь композитора: Состояние его здоровья было катастрофическим. Систематическое недоедание, учёба на двух факультетах, работа в кинотеатрах.

      В мае 1926 года в Ленинграде в Большом зале филармонии прошла триумфальная премьера Первой симфонии. Своей зримостью образов музыка Шостаковича близка Прокофьевской, а тонкий психологизм роднит с Чайковским. Симфония прозвучала в Берлине в исполнении оркестра под управлением Бруно Вальтера, в Филадельфии, дирижёр - Леопольд Стоковский, в Нью-Йорке - Артуро Тоскани. Американская пресса: "Это голос нового поколения в музыке". "Эта партитура действительно вдохновлена революционной Россией, которая с детских лет воспитывает Шостаковича".
      В 19 лет Шостакович заканчивает композиторский факультет консерватории. "Я был охвачен сомнением в своём композиторском призвании. Я решительно не мог сочинять и в припадке "разочарования" уничтожил почти все свои рукописи. Сейчас я очень жалею об этом, так как среди сожженных рукописей была опера "Цыганы" на стихи Пушкина", - вспоминал Шостакович позже. Кризис прошел после выступления в Варшаве на Международном конкурсе пианистов имени Шопена. Хотя Шостакович получил только почетный диплом. Первым стал девятнадцатилетний москвич Лев Оборин. "Дипломатии пришлось стушеваться и полякам признать, что лучше всех играет Шопена москаль: Оборин чуть не погиб, удушенный толпами сумасбродных поклонниц" (Илья Эренбург). Крупнейший после Шопена польский композитор Кароль Шимановский писал: "Поскольку речь идёт о русских пианистах, они просто покорили наш музыкальный мир. Пришли, поиграли и победили: Это нельзя назвать успехом, фурором. То было сплошное победное шествие, триумф!". После этой триумфальной поездки Шостакович и Оборин были приглашены в Германию.
      По возвращении в Ленинград Дмитрий Шостакович почувствовал, насколько сильно его влечение к композиции - музыкальные образы, мысли настойчиво преследовали его, требуя своего воплощения в стройные законченные формы. И хотя его удачное выступление на конкурсе способствовало артистической славе, он постепенно отходит от концертных выступлений. Признание его сочинений публикой и критикой утвердили его в мысли посвятить себя композиции.
      Тогда были РАПМ (Российская ассоциация пролетарских музыкантов) и АСМ (Ассоциация современной музыки). АСМ состояла из наиболее культурных и образованных музыкантов. Шостакович пришёл в АСМ.
      На Западе господствовал экспрессионизм (Германия, Бельгия, Австрия: Хиндемит, Кшенек, Берг) с его трагичностью внешнего мира и мучительными внутренними исканиями, выплескивающимися наружу. На Шостаковича он оказал значительное влияние. Малер стал для него любимым композитором в силу большой драматической экспрессии, контраста между высоким и низким.
      Вторая и Третья симфонии Шостаковича приурочены к новым советским праздникам (1927-1929) и были исполнены в их канун. После них, еще незрелых, Шостакович надолго отходит от жанра симфонии, хотя пишет симфоническую музыку для театра и кино.

      Сочинял он легко и быстро, хотя был очень дисциплинирован в труде. Вспоминает композитор В.Я.Шебалин: "В связи с заказом Вахтанговского театра на музыку к спектаклю "Гамлет" Дмитрий Дмитриевич приехал в Москву и остановился у меня в Знаменском переулке. После обеда я прилёг отдохнуть, а Дмитрий Дмитриевич сел поработать. Через час он объявил, что написал "несколько номерков", и сыграл их: один другого лучше!".
      Как у любого гения интересы Шостаковича были весьма разнообразны: простые песни к кинофильмам ("Встречный", из кинотрилогии о Максиме, "Златые горы"), сложная для восприятия опера "Нос", великие симфонии, утончённые романсы на стихи японских поэтов, опера-трагедия "Екатерина Измайлова", лёгкие веселые балеты, музыка к "Гамлету", "Клоп" Маяковского.      

      Кино

      В кинофильм Шостакович первым ввёл ПЕСНЮ КАК ЛЕЙТМОТИВ, то есть музыкальное воплощение определенной характеристики героя. Это заметил Дунаевский. Во "Встречном" (Росфильм, 1932; авторы - Фридрих Эрмлер, Лео Арнштам, Сергей Юткевич, Леонид Любашевский; актёры - Яков Гудкин, Андрей Абрикосов, Петр Алейников, Борис Тенин, Зоя Федорова, Степан Крылов, Николай Козловский (единственная роль оператора), Мария Блюменталь-Тамарина, Фридрих Эрмлер, Татьяна Гурецкая, Владимир Гардин, Николай Мичурин, Борис Пославский)
- лейтмотив "Утренняя песня" или "Песня о встречном".


      Нас утро встречает прохладой,
      Нас ветром встречает река.
      Кудрявая, что ж ты не рада
      Весёлому пенью гудка?
      Не спи, вставай, кудрявая!
      В цехах звеня,
      Страна встаёт со славою
      На встречу дня.

      И радость поёт, не скончая,
      И песня навстречу идёт,
      И люди смеются, встречая,
      И встречное солнце встаёт.
      Горячее и бравое,
      Бодрит меня.
      Страна встаёт со славою
      На встречу дня.


      Бригада нас встретит работой,
      И ты улыбнёшься друзьям,
      С которыми труд и забота,
      И встречный, и жизнь — пополам.
      За нарвскою заставою
      В громах, в огнях,
      Страна встаёт со славою
      На встречу дня.

      
И с ней до победного края
      Ты, молодость наша, пройдёшь,
      Покуда не выйдет вторая
      Навстречу тебе молодёжь.
      И в жизнь вбежит оравою,
      Отцов сменя.
      Страна встаёт со славою
      На встречу дня.


      И радость никак не запрятать,
      Когда барабанщики бьют:
      За нами идут октябрята,
      Картавые песни поют.
      Отважные, картавые,
      Идут, звеня.
      Страна встаёт со славою
      На встречу дня.


      Такою прекрасною речью
      О правде свей заяви.
      Мы жизни выходим навстречу,
      Навстречу труду и любви!
      Любить грешно ль, кудрявая,
      Когда, звеня,
      Страна встаёт со славою
      На встречу дня.

     Михаил Дудин утверждал, что поэт Борис Корнилов посвятил эти стихи своей жене Ольге Берггольц, "хотя она никогда не завивала свои прекрасные, золотые, тяжёлые, как немолоченный сноп пшеницы, волосы". Песня продолжала жить и когда Корнилова расстреляли. Берггольц писала, что в самые тяжёлые годы эта песня "бродила по свету, она жила, радовала людей - старых и молодых, звала их упрямо и весело, строго и легко". После "Встречного" у Шостаковича уже не было таких радостных песен. С середины 30-х, как и все творческие люди в СССР той поры,  Шостакович переживает сложное время. А прекрасный мотив песни о встречном, упругий волевой ритм и радостный характер превратили ее в символ строительства новой жизни, в гимн эпохи. Скоро она зазвучала во всей Европе. В Швейцарии стала свадебной песней, а в 1948 году с новым текстом - Гимном ООН!     

     Шостакович работает в драматических театрах - Ленинградском ТРАМе, Московском театре Вахтангова и в театре Мейерхольда. Он пишет музыку, соответствующую духу высокой трагедии. Это "ГАМЛЕТ" для театра имени Вахтангова. Величавое и торжественное шествие в суровом звучании хорального Реквиема. Прозрачная Колыбельная. Грациозные придворные танцы. Стилизованная песня Офелии. Реквием по Офелии. В последнем Шостакович использует мелодию средневекового католического песнопения DIES IRE (День гнева). Эту тему воплотили Берлиоз, Лист, Чайковский, Рахманинов, Хачатурян, Кабалевский и Шостакович. И не однажды. Через сорок лет после создания Реквиема к "Гамлету" он использовал эту тему при написании Четырнадцатой симфонии.
     Дмитрий Шостакович пишет музыку к феерической комедии МАЯКОВСКОГО "КЛОП" в постановке МЕЙЕРХОЛЬДА. Сам Маяковский был ассистентом режиссёра-постановщика. Роль Присыпкина исполнял молодой Игорь Ильинский. Оформляли спектакль художники Кукрыниксы. Маяковский проводил с актёрами репетиции и призывал: "Вы ничего не играйте. Вы читайте Маяковского и больше ничего". Шостакович: "Я наивно думал, что Маяковский в жизни, в повседневном быту оставался таким же, каким он был на трибуне. Но Маяковский поразил меня своей мягкостью, просто очень большой воспитанностью: Он любил больше слушать, чем говорить". Маяковский с большим удовольствием слушает Шопена, Листа, Скрябина. О музыке Шостаковича: "В общем, подходит!".
    Но композитору не нравится подчинённая роль, которая отводилась музыке в театре и кино. Он пишет статью "Декларация обязанностей композитора": "Вся работа во всех драматических театрах и звуковых кино - издавна заштампована. Имеются определенные стандартные номера в музыке: удар в барабан при входе нового героя, "зарядный" танец положительных героев, фокстрот для "разложения" и "бодрая" музыка для положительного финала:". Эта статья вышла после дурной постановки в Мюзик-холле ("Условно убитый"), которую музыкально оформил Шостакович.
    На протяжении 30-40-х годов симфонии Шостаковича приобретают черты оперности, театральности, конкретности музыкальных образов. А музыкально-сценические произведения проникаются принципами симфонизма. Не только в смысле более богатого и разнообразного использования оркестра, его тембров, но и в части единства развития музыкальной мыслетворчества на протяжении целого произведения. Так произошло с "Екатериной Измайловой".
    В 1927 году Шостакович создаёт "Афоризмы", фортепианный цикл, в котором с помощью пародии, насмешки отрицаются все старые музыкальные каноны, романтические традиции. Раньше - воспевание природы. Теперь - музыка урбанистическая - сухая и резкая. Композитор отрицает и импрессионизм.
    Работает над своей первой оперой "НОС" на сюжет Гоголя. "В годы НЭПа нас потрясала, доводила до отчаяния живучесть мещанства", - вспоминал о том времени Илья Эренбург. Сатира на окружающую мещанскую жизнь, осмысление абсурда, гротеск и шарж проявляются в творчестве Шостаковича. Он близок Гойе, Домье, Гофману и Гоголю с Салтыковым-Щедриным, нашим реалистичным фантастам XIX века. Музыкальный язык в опере "Нос", гибко следуя за текстом, иногда просто становится самой разговорной речью. Сочетаются современная музыка (атональность, гротеск, своеобразное оркестровое письмо) и традиции комической оперы (буффонадность, диалоги, ансамбли, стремительное действие, гротесковые танцы). Здесь нет никакого "хорошего" героя. Это и всё вместе вызвало протест у любителей "мораль пущать" (выражение Максима Горького). Опера была снята с постановки и предана забвению как произведение экспериментальное и порочное. В 60-е годы ее ставят в Дюссельдорфе. Сюита из отдельных номеров оперы украсила собой музыкальный праздник в Польше - "Варшавская осень 1964 года". Её постановку во Флоренции осуществляет Эдуардо де Филиппо. Через два года повторяет ее в Риме: "Римский оперный театр имеет честь представить в нынешнем сезоне оперу "Нос" Дмитрия Шостаковича". В Берлине в 1969 году Шостакович сам участвует в подготовке спектакля.
    Шостакович создаёт три балета. Он мог бы писать балеты на традиционные - романтические или сказочно-фантастические - сюжеты. Но "идти по проторенной дорожке, пожалуй, легче и "безопасней", но скучно, неинтересно, никчёмно" (Шостакович). Это было его жизненным правилом. В мире тогда был кризис балетного искусства. Старая романтическая традиция не удовлетворяла, а новой еще не было. Даже в Париже - культурном центре Европы. После распада труппы Дягилева с его "русскими сезонами" на парижской сцене возродились балеты на античные и легендарные сюжеты в духе пышных придворных зрелищ XVIII века. Всё это было далеко от современной жизни. Анна Павлова: "В Париже русское искусство, как и русские кушанья, по обычаю подают слишком роскошно, слишком уж сытно".
    В 1931 году был поставлен балет Шостаковича "ЗОЛОТОЙ ВЕК". Либретто: советская команда приезжает в западный город на всемирную выставку "Золотой век" и т.д. Остроумная живая музыка и юные исполнители Галина Уланова и Вахтанг Чабукиани. Очень хорошо передана Шостаковичем сцена футбола. Ведь он даже окончил школу футбольных судей, а однажды написал в спортивную газету вполне профессиональный репортаж об одном из футбольных матчей. Футбол Шостакович полюбил с детства, когда не хотел заниматься музыкой.
    Второй балет Шостаковича с характерным названием "БОЛТ" несомненно порожден Маяковским и его временем. Сценическое произведение распадалось на яркие характерные танцы с элементами пантомимы (мимотанцы): "На работу с гимнастикой", "На работу с попойки" и характерные танцы - выступление клубной агитбригады, комсомольский круговой пляс.
    Балет "СВЕТЛЫЙ РУЧЕЙ" получился веселым и как всегда остроумным. В Ленинграде, в 1934 году Шостакович писал: "Я не могу поручиться, конечно, что и третья попытка не окажется неудачной, но даже и тогда это ни в коем случае не отвратит меня от намерения и в четвертый раз взяться за сочинение балета". Это не сбылось.
   "Веру, сложившуюся в детстве, вытравить трудно" (Хентова). Шостакович ещё верил в революцию, когда в начале 30-х годов был расстрелян его друг Михаил Квадри, сплотивший новую "могучую кучку" московских композиторов, близких по духу Шостаковичу. Тирания губит не только великие таланты, но и каждого, кто хоть чем-нибудь выделяется из серой массы. Что говорить о Шостаковиче! Несмотря на триумф Первой симфонии, написанной в 19 лет, непонимание растёт.
   

   "КАТЕРИНА ИЗМАЙЛОВА"

   "Катерина Измайлова" - последняя опера Шостаковича, трагедия-сатира. Он задумал ее как первую часть оперной трилогии, посвященной положению женщины в разные эпохи в России. Сюжет: повесть Лескова "Леди Макбет Мценского уезда". Но либретто значительно отличается от первоисточника. Сама музыка привносит в оперу глубокий психологизм и яростный динамизм. "Весь музыкальный язык Екатерины Львовны призван выполнить задачу всяческого оправдания этой преступницы: Другого положительного героя в опере нет" (Шостакович). Музыкальный язык ее - благородные напевные мелодии. Искренняя и большая любовь Катерины в своём самоотречении превращена в преступную страсть лишь по воле Сергея. Страсть ее очищает. Интерес представляет музыкальное новаторство автора: не только  т р а г е д и я, но и  с а т и р а  занимает в ней значительное место. Но сатира здесь шекспировская, универсальная. Различные явления переплелись так, как они вообще переплетаются в жизни. После премьеры "Катерины Измайловой" в Метрополитен-опера в 1934 году американцы писали: "Почему этот высокоталантливый юноша должен посвящать свое прекрасное творчество пропаганде?". Но опера поражает музыкальной выразительностью и законченностью трактовок. Немирович-Данченко: "Музыка Шостаковича гениальна по яркости и разнообразию ритмов, громадному темпераменту, глубокой лирике, изумительному богатству оркестровых красок". Шостаковичу было 28 лет.
    В это время по собственной вине Шостакович "теряет" Гливенко. В февраля 1929 года она выходит замуж за талантливого химика Берлина. Как необычайно тонкий и ранимый человек Шостакович будет всегда находиться в мучениях, сталкиваясь с извечными человеческими чувствами. Дмитрий Шостакович в письме к матери: "Если предположим, жена разлюбила своего мужа и отдалась другому, любимому человеку, и они, несмотря на общественные предрассудки, стали открыто жить, в этом нет ничего плохого. Наоборот, это даже хорошо, что любовь действительно свободна. Обет, данный перед алтарём, это самая страшная сторона религии. Любовь не может продолжаться долго. Самое, конечно, лучшее, это полное упразднение брака, то есть всяких оков и обязанностей при любви. Но, конечно, это утопия. Если не будет брака, то не будет и семьи, а тогда это будет уже совсем плохо: И, мамочка дорогая, я тебя предупреждаю, что, возможно, если я полюблю когда-нибудь, то моей целью не будет связать себя браком: Но в то же время существует святое призвание матери и отца. Так что, когда обо всём подумаешь, то прямо голова начинает трещать. Во всяком случае, любовь свободна!". Шостакович не мог забыть Гливенко, даже стал уговаривать ее расторгнуть брак и выйти за него. Но в апреле 1932 года она родила сына, а в мае Шостакович женился на Нине Васильевне Варзар астрофизике по профессии. Сын Шостаковичей Максим стал дирижёром, дочка - биологом. Сначала Шостакович хотел посвятить оперу "Катерина Измайлова" Б.В. Асафьеву, но в результате на титульной странице появилось посвящение жене. Сложные внутренние переживания как у всех гениев отражаются на их творениях. Поэтому характер главной героини так необычайно выразительно передан Шостаковичем в "Катерине Измайловой".
     Шостакович очень хотел детей, но у его жены была болезнь почек. Весной 1934 года Шостакович страстно влюбляется в студентку-
филолога Елену Константиновскую, которая тогда была его переводчицей на встречах с европейскими музыкантами. Он писал ей страстные письма: в день по два-три. Хотел даже оставить жену и жениться на Константиновской, но опять ни на что не решился, а в мае 1936 года у Шостаковичей родилась дочка. На этом роман закончился. В семейной жизни на первом месте у него всегда будут дети.
     В 1936 году Иосиф Виссарионович Сталин пришел послушать "Катерину Измайлову", в течение двух сезонов с огромным успехом шедшую на двух московских, ленинградских сценах, в США, Швеции, Швейцарии, Аргентине, Чехословакии. Оперу признали высшим достижением Шостаковича. Его посадили в ложу напротив той, в которой находился Сталин, на случай, если вождь захочет с ним поговорить. Сталину опера не понравилась, он сердито буркнул "сумбур", - и в "Правде" появилась редакционная статья "Сумбур вместо музыки", объявлявшая музыку Шостаковича формалистической заумью, чуждой народу. Через неделю ещё одна редакционная статья "Правды" под заго
ловком "Балетная фальшь" разгромила балет "Светлый ручей". Эталоном оперного творчества объявлялась традиционная песенная опера И.И.Дзержинского "Тихий дон": ее Сталин одобрил в связи со "значительной идейно-политической ценностью".   
    "Музыка пострадала первой через Шостаковича" (Хентова). Впервые Сталин столь прямо вмешался в музыкальное искусство. Союз композиторов, основанный в ту пору, был учреждён не для творческой свободы, а для контроля над проявлением самобытности. С тех пор ни одного пр
оизведения в оперном или балетном жанре Шостакович не написал. Его инструментальные произведения, как у Чайковского, теперь будут выражать глубоко личное. Своему другу Баланчивадзе Шостакович пишет: "Надо иметь мужество не только на убийство своих вещей, но и на их защиту. Так как второе сейчас невозможно и бесполезно, то я ничего и не предпринимаю в этой области". Борис Владимирович Асафьев, которому Шостакович собирался посвятить "Катерину Измайлову", после статей "Правды" выступил с резкой критикой композитора. Шостаковича ругали его учителя и даже друзья. Впервые он столкнулся с трусостью. Боль в сердце проносит через всю жизнь. Шостакович в письме к Хентовой много лет спустя после этих статей: "Я давно привык не обращать внимания ни на хулу, ни на похвалу". Вениамин Каверин передавал, что в больнице под халатом на груди Шостакович носит в целлофановом мешочке текст статьи "Сумбур вместо музыки". Кинорежиссёр Юткевич застал его весной 1936 года за старательным наклеиванием в альбом в хронологической последовательности всех ругательных статей в адрес Шостаковича. Только через 25 лет Шостакович передаст этот альбом в Государственный архив литературы и искусства. Он не стал мстить, работал. "Катерина Измайлова" оставалась одним из любимых произведений Шостаковича.

     Нина Васильевна, жена Шостаковича, в те суровые годы сохраняла спокойствие: в доме ничего не менялось. В семье родился сын Максим. Ребёнка назвали так в честь того самого дяди Максима Кострикина, арестованного и расстрелянного в 1937 году.
     Михаил Зощенко впоследствии напишет о характере Шостаковича в письме к Мариетте Шагинян: "Вам казалось, что он - "хрупкий, ломкий, уходящий в себя, бесконечно непосредственный и чистый ребёнок". Это так. Но, если бы было только так, то огромного искусства (как у него) не получилось бы. Он именно то, что Вы говорите, плюс к тому - жёсткий, едкий, чрезвычайно умный, пожалуй, сильный, деспотичный и не совсем добрый (хотя от ума добрый). Вот в таком сочетании надо его увидеть. И тогда в какой-то мере можно понять его искусство" (Шагинян. 50 писем Шостаковича. Стр. 131).
     В 1936 году он сочиняет Четвёртую симфонию - свою первую трагическую эпопею, "предвосхитившую" 1937 год. В это время арестованы муж старшей сестры, выдающийся физик, профессор Всеволод Константинович Фредерикс, тёща - астроном Софья Михайловна Варзар, дядя - старый большевик Максим Лаврентьевич Кострикин. Сестру Марию выслали из Ленинграда. Вместе с Тухачевским расстреливают музыковеда Жиляева, либреттиста балета "Светлый ручей" Адриана Пиотровского, поэта Бориса Корнилова, на чьи стихи Шостакович сочинил песню о встречном. В тюрьме - автор книг о Марксе Галина Серебрякова, когда-то поддержавшая Шостаковича. Положение усугублялось тем, что тётя и дядя композитора жили в США (после 1917 года).
     Как раз летом 1937 года Шостакович завершает Пятую симфонию. Она стала классической вершиной симфонической музыки XX века.
     В концертах Шостакович исполняет только классиков - Шопена, Чайковского, Прокофьева. С 1930 года он становится интерпретатором своих сочинений. После оперы "Катерина Измайлова" возрождается интерес к фортепианному творчеству. В течение двух месяцев начала 1933 года он сочиняет цикл фортепианных прелюдий и почти сразу же приступает к работе над ПЕРВЫМ КОНЦЕРТОМ ДЛЯ ФОРТЕПИАНО С ОРКЕСТРОМ. Премьеры состоялись в Ленинграде. Большой успех приводит к стойкому интересу общества ко всему фортепианному творчеству Шостаковича. Ведущие пианисты Лев Оборин и Генрих Нейгауз включают произведения Шостаковича в свои программы. Шостакович к тому же приобретает славу первоклассного пианиста.
     В середине 30-х композитор снимает с репетиций ЧЕТВЕРТУЮ СИМФОНИЮ. Ее так и не исполнили тогда. Ее никто не слышал двадцать пять лет. Только в 1961 году Четвёртая наконец прозвучала. Слушатели были очарованы.


     Стравинский, Прокофьев, Шостакович разрабатывали новые языки музыкального искусства, НОВУЮ ГАРМОНИЮ. В гармонии звуков - сущность музыки. Древние отождествляли то и другое. Далее ars antiqua, Ренессанс, ars nova, nuove musich. В Новое время гармония в качестве НАУКИ ОБ АККОРДАХ и их связях заняла положение отдела практической теории композиции. Этот процесс становления гармонии в новых условиях жизни начался, явно обнаружил себя около 1908 года сразу в разных регионах и культурах: Первая фортепианная соната Ч. Айвза, Багатели Б. Бартока, Песни ор. 3 А.Веберна, "Наваждение" Сергея Прокофьева, 2-й квартет Шёнберга. 1912: "Линкольн, великий гражданин" Айвза, 5 песен с оркестром А. Берга, 2 песни ор. 8 Веберна, 4 поэмы А. Лурье, 1-й фортепианный концерт Прокофьева, 6-я и 7-я сонаты Скрябина, "Весна священная" Стравинского, "Лунный Пьеро" Шёнберга. В числе главных новаторов тогда - Скрябин, Стравинский, Прокофьев.
     Шостакович, будучи на четверть века моложе Стравинского, в 20-е годы примкнул к течениям I авангарда, затем повернул в сторону стабилизиции стиля и "неоклассицизма". В отличие от Прокофьева, который дебютировал ещё за 9 лет до большевистского переворота, полтора десятилетия жил на Западе и только с середины 30-х годов вписался в советскую музыку, Шостакович всю жизнь прожил в СССР. Он испытывает партийную критику в середине 30-х, а затем, вместе с Прокофьевым, в 1948-м. И это сказалось на творчестве Шостаковича.
     Гармония Шостаковича отражает и его личность. Для него, в отличие от Прокофьева, не столь важна красочность, характеристичность гармонии. Шостаковичу свойственна некоторая суровость тона, бескрасочность общего колорита. Прокофьев более аристократичен, Шостакович более прост. Прокофьева воспламеняет сказочность - с доброй феей, прекрасным лебедем, чистым детством, природой как светлой силой: У Шостаковича более заметен ТРАГЕДИЙНЫЙ ПАФОС, показывающий страшные и даже гадкие стороны жизни. Поэтому у Шостаковича так много "партийной" музыки. Поэтому ему удавалась массовая музыка (Прокофьеву не удавалась). Эстетика того и другого композитора отражается в применяемом ими ладогармоническом материале. Можно сказать, что Прокофьев - мажорный композитор, а Шостакович - минорный, причем, речь идёт не о формальном, а о сущностном преобладании мажора или минора.

     Разумеется, новая гармония отразила все стороны духовной действительности XX века, не только ее положительные стороны. Здесь и примитивизм ( так называемая "традиционность" в пику "новаторству"-норме, ординарность массовой музыки, минимализм), музыка распада и развала (эклектика вплоть до идейно обоснованной "полистилистики" и даже воплощение откровенного сатанизма), псевдо, квази, ретро, нео. Но новая гармония вовсе не предрасполагает к чему-то примитивному или низкому. В музыке как искусстве звуков гармония по-прежнему призвана нести красоту. Изменились конкретные носители гармонии. Те, кто силой таланта нашли новую гармонию, остались в числе лучших в истории музыки. Одни из первых здесь - Стравинский, Прокофьев, Шостакович.


     
2. СЕДЬМАЯ БЛОКАДНАЯ

    
"Я вступил добровольцем в ряды народного ополчения. До этих дней я знал лишь мирный труд. Ныне я готов взять в руки оружие. Я знаю, что фашизм и конец культуры, конец цивилизации - однозначны. Исторически победа фашизма нелепа и невозможна, но я знаю, что спасти человечество от гибели можно только сражаясь" Д.Д.Шостакович 5 июля 1941 года.


    
"Нашей борьбе с фашизмом, нашей грядущей победе над врагом, моему родному городу Ленинграду я посвящаю свою Седьмую симфонию" Шостакович.



    
"Она возникает отдалённо и вначале похожа на какую-то простенькую и жутковатую пляску, на приплясывание учёных крыс под дудку крысолова. Как усиливающийся ветер, эта тема начинает колыхать оркестр, она овладевает им, вырастает, крепнет. Крысолов со своими железными крысами поднимается из-за холма: Это движется война. Она торжествует в литаврах и барабанах, воплем боли и отчаяния отвечают скрипки. И вам, стиснувшему пальцами дубовые перила, кажется: неужели, неужели всё уже смято и растерзано? В оркестре - смятение, хаос.
     Нет, человек сильнее стихии. Струнные инструменты начинают бороться. Гармония скрипок и человеческие голоса фаготов могущественнее грохота ослиной кожи, натянутой на барабаны. Отчаянным биением сердца вы помогаете торжеству гармонии. И скрипки гармонизируют хаос войны, заставляют замолкнуть её пещерный рёв.
     Проклятого крысолова больше нет, он унесён в чёрную пропасть времени. Смычки опущены - у скрипачей, у многих на глазах слёзы. Слышен только раздумчивый и суровый, - после стольких потерь и бедствий, - человеческий голос фагота. Возврата нет к безбурному счастьицу. Перед умудрённым в страданиях взором человека - пройденный путь, где он ищет оправдания жизни". А. А. Н. Толстой о Седьмой симфонии.


      ПЯТАЯ СИМФОНИЯ - исповедь композитора. Симфония прочувствованная и победная. Законы высокой драмы и трагедии Шостакович переносит на симфоническую основу. Показан не только контраст, но и острый конфликт образов. Это уже зрелое гармоничное построение. Финал утверждает победу добра надо злом, победу в предельно напряжённой борьбе.

      
Пятая симфония - это первая кульминация всего симфонического творчества Шостаковича. Она подытоживает десятилетний период в творческой биографии композитора, самостоятельный путь которого так блистательно начался созданием Первой симфонии. Современники назвали её "оптимистической трагедией". А.Фадеев: "Страшная сила эмоционального воздействия, но сила трагическая". Шостакович: "Тема моей симфонии - становление личности. Именно человека я видел в центре замысла этого произведения". И финал Пятой симфонии Шостаковича поразительно светел и радостен. Так-то. У ШОСТАКОВИЧА ДВА СВЕТЛЫХ ФИНАЛА - В ПЯТОЙ И СЕДЬМОЙ БЛОКАДНОЙ СИМФОНИЯХ, в 1937-м и 1941-м! А в периоды нараставшего в стране оптимизма он сгущал краски - в Восьмой, Десятой, Тринадцатой. И за это он тоже "получил своё" от власти. Остановить триумф симфонии было невозможно, ее приняли, истолковав как ответ на критику.
      21 ноября 1937 года в Большом зале Ленинградской филармонии состоялось первое исполнение Пятой симфонии. Дирижировал совсем молодой Евгений Мравинский. Его великолепная карьера началась именно с этого исполнения. Герой Советского Союза лётчик Михаил Громов: "Чувствуется, что Шостакович много пережил и передумал: Сама идея симфонии - через преодоление страдания - к радости и жизнеутверждению - ясно и убедительно доходит до слушателя". Успех был ошеломляющим. Симфония звучала в Париже в исполнении парижского симфонического оркестра под управлением Р.Дезормьера. "Юманите": "Шостакович не испорчен современными влияниями: И когда музыка доходит до эпизодов, отличающихся огромной неумолимой силой и динамикой, достигаемых теми же скупыми средствами, которыми располагал Шуберт (композитор-романтик, умерший 150 лет назад) - нельзя не восхищаться Шостаковичем: Нельзя более отрицать в Шостаковиче искру гения". Мировую славу Шостаковича-симфониста подтвердил и выдающийся дирижёр Артуро Тосканини, который во время своих гастролей дирижировал его Первой симфонией.
      В Шестой симфонии ощущается раздолье широких напевных мелодий, русская народно-песенная стихия. Опять от трагических раздумий к торжествующему финалу. Прозвучала впервые в ноябре 1939 года в Ленинграде, дирижировал Мравинский. Он на многие годы становится первым исполнителем всех последующих симфоний Шостаковича, вплоть до Тринадцатой.
      Евгений Мравинский: "Если бы мне пришлось заполнять анкету, посвящённую главным событиям моей биографии, то на ее вопросы я ответил бы так:

   - Самая значительная человеческая встреча в Вашей жизни?

   - С Шостаковичем.
   - Самые сильные музыкальные впечатления?

   - От творчества Шостаковича.
   - Самое важное в Вашей исполнительской деятельности?

   - Работа над произведениями Шостаковича.
   - Самые большие трудности, стоявшие на Вашем пути дирижёра?
   
   - Препятствия и противодействие, "мучительные роды" при подготовке почти каждой премьеры симфоний Шостаковича".


     Четвёртая, Пятая и Шестая симфонии (1935-1939 годы) образуют огромный триптих, в котором две крайние симфонии - Четвёртая и Шестая - предполагают логическое выражение единой мысли и зеркально отражают в себе определенный круг образов. Главная идея заключена в Пятой симфонии - одной из вершин мирового симфонизма. У зрелого Шостаковича музыкальный язык усложняется. Экспериментаторство уступает место логике музыкального мышления. Тем не менее увеличивается эмоциональное напряжение.

     30 мая 1936 года у Шостаковича родилась дочка Галина. Семья Шостаковича жила в квартире на Кировском проспекте. Теперь здесь стало тесно. Нашли вариант обмена на четырёхкомнатную квартиру на Большой Пушкарской улице (Петроградская сторона) в угловом доме 23/59, на пятом этаже. После войны это стал дом 29/37, квартира 5. Здесь по семейной традиции также стали жить открытым домом. Шостакович играл в шахматы, по-прежнему любил футбол и хоккей. Посещал почти все футбольные и хоккейные матчи на стадионе имени Ленина и небольшом профсоюзном стадионе на Аптекарском острове. Сначала любил ленинградское "Динамо", а потом - "Зенит". Однажды пригласил "Динамо" на праздничный обед, играл команде номера из балета "Золотой век". С гордостью называл капитана "Динамо" Валентина Васильевича Фёдорова своим другом. На даче отдыхали или во Всеволожске или в селе Даймище под Сиверской.
     Шостакович писал быстро, каждый час выходя из кабинета, чтобы переброситься с кем-нибудь двумя-тремя словами: так он отдыхал. Иногда начатое бросал, параллельно принимался за несколько работ. Разговоров о том, что пишет, всегда избегал. Если давал интервью, не всегда сообщал о том, над чем действительно работал, но и не отмалчивался, когда объявленное не осуществлялось.
     Весной 1937 года его пригласили преподавать в Ленинградскую консерваторию. В сентябре Шостакович появился в консерватории на третьем этаже в классе 36, в котором занимались композиторы. Как и во всё, чем он занимался, Шостакович ввёл в педагогический процесс организационную аккуратность и даже педантичность. Каждого студента называл по имени-отчеству и только на "Вы". Это дисциплинировало. Именно в классе Шостаковича в первые же годы его преподавания сформировались уверенные профессиональные композиторы, владевшие всеми навыками работы, сочинявшие много, активно и по-разному, со свободным выявлением индивидуальности. Шостакович с первых шагов поставил учеников в положение коллег. Следуя завету Римского-Корсакова: "Практика есть лучшее средство научиться", никому не отказывал в посещении своего класса. Шостакович интуитивно ощущал, что в композиции велика роль интеллекта, воли, времени и терпения. Требовал, чтобы ученики самозабвенно бросались в море работы, а сомнения и бесконечные переделки считал проявлением непрофессионализма. Римский-Корсаков: "Если ученик стремится к камерной музыке, не надо делать из него композитора опер и симфоний". Ученики Шостаковича со второго курса брались писать симфонии и оперы. Шостакович считал, что р и с к только стимулирует энтузиазм. Много времени уделял занятиям на инструменте. Развитие студентов, слабо владеющих инструментом, в особенности фортепиано, по мысли Шостаковича, проходит медленнее и труднее, чем тех, кто любит и умеет играть, выступать на эстраде. Игра даёт возможность мускульно осязать музыку.
     Шостакович даёт деньги на лечение в Крыму больного ученика Ореста Александровича Евлахова. Позже он успешно дебютирует в филармоническом зале, как и совсем юная Галина Уствольская. Звучат симфония для струнного оркестра, романсы Георгия Свиридова, который также являлся учеником Шостаковича.
     Но к Шостаковичу по-прежнему относились настороженно. По поводу Шестой симфонии Шостакович говорил: "Композиторы возмущены моей симфонией. Что ж делать: не угодил я, очевидно. Как не стараюсь не очень огорчаться этим обстоятельством, однако всё же кошки скребут душу". Берётся за сочинение оперы "Катюша Маслова" по Льву Толстому на либретто друга Сергея Есенина Анатолия Мариенгофа, заключает договор с Ленинградским театром оперы и балета имени С.М.Кирова (Мариинкой). Но пришла телеграмма Главреперткома о запрещении либретто.
     Летом 1939 года арестовали Мейерхольда. В Ленинграде. За день до этого Шостакович заходил к нему. Композитор подписывает письмо в защиту Мейерхольда. Оно было составлено женой режиссёра Зинаидой Райх. Шостакович обсуждает с Игорем Ильинским, что ещё можно предпринять. Самого Шостаковича чудом не арестовали. В уголовном деле Мейерхольда он значился как троцкист.
     Он начинает работу над оркестровкой оперы Мусоргского "Борис Годунов". Кто знает? Может быть, через Мусоргского для Шостаковича звучала современность. Сталин любил Ивана Грозного. О Петре Первом Шостакович говорил: "Он прорубил окно в Европу, построил Петербург, но какой ценой?". Позднее он создаёт свою концепцию оперы "Хованщина", не сочувствуя ни раскольникам, ни Петру.
     В июле 1941 года Шостакович вступает в ряды ополченцев в Ленинграде. На фронт ушли ученики Шостаковича. Вениамин Флейшман, сочинявший оперу по рассказу Чехова "Скрипка Ротшильда", погиб летом 1941 года в боях под Красным Селом. Шостакович, разыскав партитуру этой оперы, заканчивает ее и организует исполнение.
     В то лето дети с Ниной Васильевной находились на государственной даче в Колломяках, предоставленной Шостаковичу, как лауреату Государственной премии и орденоносцу. Оттуда в конце июня возвратились в Ленинград, потом поехали в Вырицу, из Вырицы бежали под бомбёжкой. Шостакович просился на фронт, подал заявление в Народное ополчение, работал на строительстве оборонительных рубежей, в консерваторской команде по тушению пожаров от зажигательных бомб. Стал художественным руководителем театра народного ополчения.

    Тем же летом он сочиняет СЕДЬМУЮ СИМФОНИЮ.

    Авторский комментарий: "Первая часть рассказывает о том, как в нашу прекрасную мирную жизнь ворвалась грозная сила - война. Я не ставил себе задачу натуралистически изобразить военные действия (гул самолётов, грохот танков, залпы пушек); я не сочинял так называемую батальную музыку. Мне хотелось передать содержание страшных событий.
    Центральное место в первой части занимает реквием памяти героев, погибших за нас, отдавших делу торжества справедливости и разума свою жизнь. После большого соло фагота, посвящённого скорби о погибших близких людях, наступает светлое и лирическое заключение первой части. И лишь в самом конце первой части вновь издалека вступает тема войны, напоминая о себе и о дальнейшей борьбе.
    Вторая часть - скерцо. Это довольно развитый и лирический эпизод. Тут воспоминания о каких-то приятных событиях, о радостных эпизодах. Всё это подёрнуто легкой дымкой грусти и мечтательности.
    Третья часть - большое анданте /в партитуре - Adagio/. Упоение жизнью, преклонение перед природой - вот мысли, заложенные в третьей части. Третья часть без перерыва переходит в четвертую.
    Наряду с первой, четвёртая часть является основной в этом сочинении. Первая часть - это борьба, четвёртая - грядущая победа".

    Алексей Толстой публикует в "Правде" статью "На репетиции Седьмой симфонии Шостаковича". Вспоминает об одном знакомом, который усомнился в будущем человечества: может быть, "людской род будет истреблён, и на смену ему придут более совершенные существа - муравьи какие-нибудь необыкновенной величины. Вот что фашизм может сделать с иным человеком! Несомненно - это паника - ужасная, капитулянтская: Но Шостаковича Гитлер не напугал. Шостакович - русский человек, значит - сердитый человек, и если его рассердить как следует, то способен на поступки фантастические. На угрозу фашизма - обесчеловечить человека - он ответил симфонией о победном торжестве всего высокого и прекрасного, созданного гуманитарной культурой, - она устремила человеческий гений к заветным далям, где полно и безгранично раскрывается восторг".

    Когда симфония ещё не была завершена, Шостаковича пригласила для выступления по радио Ольга Берггольц. Берггольц к тому времени уже полгода провела в тюрьме, а Шостакович этого избежал, хотя и значился в НКВД как троцкист. Оба многое пережили и считали, что "нет другого пути, как идти вместе со страдающим, мужественным народом в дикое, страшное, позорное и прекрасное наше время" (Все высказывания Берггольц из журналов "Звезда", 1990, 6 и "Нева", 1990, 5). И Шостакович и Берггольц были ленинградцами, интеллигентами, людьми высокой культуры. Их имена всегда будут ставить рядом.
    В книге "Говорит Ленинград", вышедшей в 1964 году, Берггольц рассказала, как Шостакович выступал по радио 17 сентября 1941 года. Один из молодых сотрудников Радиокомитета, прочитав наброски речи композитора, заметил, что она слишком спокойна и следует прибавить пафоса. Но Берггольц ответила: "Нет. Тут нечего править и нельзя добавить ни одной пафосной строчки". После этого она попросила Шостаковича подарить ей этот черновик на память. И у Берггольц оказались два листа, исписанные нервным, неразборчивым почерком Шостаковича.
    Берггольц посоветовала: "Говорите так, словно Вы обращаетесь к друзьям, ко мне".
    
    Диктор объявил: "Слушай нас, родная страна! Говорит город Ленина. Говорит Ленинград!".

    Шостакович говорил с большим внутренним волнением, голос его звучал чуть суховато, но был чёток и абсолютно спокоен.

   "Час тому назад я закончил партитуру второй части моего нового большого симфонического сочинения. Если это сочинение мне удастся написать хорошо, удастся закончить третью и четвёртую части, то тогда можно будет назвать это сочинение Седьмой симфонией. Несмотря на военное время, несмотря на опасность, грозящую Ленинграду, я в довольно быстрый срок написал две части Симфонии. Для чего я сообщаю об этом? Я сообщаю об этом для того, чтобы ленинградцы, которые сейчас слушают меня, знали, что жизнь нашего города идёт нормально. Ленинград - это моя родина. Это мой родной город, это мой дом. И многие тысячи таких же ленинградцев ощущают то же чувство. Чувство бесконечной любви к родному городу, к любимым просторным улицам, к несравненно прекрасным площадям и зданиям. Когда я хожу по нашему городу, у меня возникает чувство глубокой уверенности, что вечно величаво будет красоваться Ленинград на берегах Невы, что вечно Ленинград будет могучим оплотом моей Родины, что вечно будет умножать достижения культуры. Помните, что нашему искусству грозит великая опасность. Будем же защищать нашу музыку, будем же честно и самоотверженно работать. Заверяю вас от имени всех ленинградцев, работников культуры и искусства, что мы непобедимы и что мы всегда стоим на боевом посту".

     29 сентября 1941 года, через 12 дней после выступления по радио, была закончена третья часть симфонии. Шостакович не уехал из города: ни с консерваторией, ни с филармонией, ни с "Ленфильмом". Но Военный Совет фронта отдал распоряжение о немедленной эвакуации Шостаковича, который к тому времени имел уже мировую славу. Молодую Берггольц тогда знали немногие.
     1 октября Шостаковича с семьёй на самолёте вывезли в Москву. Там он стал проситься обратно. Заявил по радио 8 октября: "Ленинград - моя родина; Ленинград - это для меня мой дом: И я обязательно должен туда вернуться, как бы там трудно не было. Когда горит твой дом, надо быть там и тушить пожар". Но пути в блокированный Ленинград уже не было. А Берггольц с мужем, Николаем Молчановым, осталась там. "Ведь жили же мы для чего-то все предшествующие годы" (Берггольц).
     27 декабря 1941 года Шостакович в Куйбышеве закончил Седьмую симфонию.
     29 декабря, в самый лютый мороз и голод Берггольц была на Ленинградском радио:

    "Я говорю, как плоть твоя, народ, по праву разделённого страданья".

     Голос Берггольц вместе со всеми ленинградцами слушали остававшиеся в Ленинграде мама, старшая сестра и племянник Шостаковича.
     Муж Берггольц, всегда добрый и кроткий, стал буйнопомешанным и умер в январе 1942 года. У нее были мысли о самоубийстве. Сохранило творчество. И Шостакович в сложнейшие моменты жизни всегда обращался к творчеству - к музыке.

     Берггольц:

     Я никогда героем не была,
     Не жаждала ни славы, ни награды,
     Дыша одним дыханьем с Ленинградом,
     Я не геройствовала, а жила.

     1 марта 1942 года Берггольц, ослабевшую от дистрофии, отправили в Москву на самолёте. Она летела тем же маршрутом, что за пять месяцев до того - Шостакович: с остановкой и кормлением в Хвойном. И поселили её в столице в той же гостинице, где жил Шостакович ("Москва").
     В Москве поэтессу поразили официальные умалчивания и ложь: героизмом ленинградцев восхищались, но не знали, что "люди умирают от голода, что нет транспорта, нет огня и воды". В письмах в Ленинград Берггольц возмущалась, что её стихи и речи сокращали, редактировали - "Это слишком уж мрачно: можно обо всём, но никаких упоминаний о голоде: Ни слова о голоде и вообще как можно добрее и даже веселее. Мне ведь так и не дали прочитать по радио ни одного из лучших моих ленинградских стихов: Что касается "Февральского дневника", то по радио его передавать, видимо, не будут: Ленинградцы мужаются - ну и Бог с ними".
     Воздух Ленинграда Берггольц называла "высокогорным, разреженным, очень чистым. :Там ежеминутно человек живёт всей жизнью, там человеческие чувства достигают предельного напряжения. Конечно, преждевременно одряхлевшая наша система в её бюрократическом выражении даёт себя знать и там, и всё же это не то, что в Москве. Я думаю уже о том, что я буду делать в Ленинграде".
     20 марта Шостакович с солистами оркестра Большого театра, после премьеры в Куйбышеве вылетел в Москву.
     Его Москва "порадовала и взволновала". Поместили его в "Москве", где продолжала жить Берггольц.
     29 марта С.Самосуд продирижировал Седьмой симфонией в Колонном зале Дома Союзов.   

     Берггольц:  "На сверхъестественные овации зала, вставшего перед симфонией, вышел Шостакович - с лицом подростка, худенький, хрупкий, казалось, ничем не защищенный. А народ, стоя, всё рукоплескал и рукоплескал сыну и защитнику Ленинграда. И я глядела на него, мальчика, хрупкого человека в больших очках, который взволнованный и невероятно смущённый, без малейшей улыбки, неловко кланялся, кивал головой слушателям, и думала: "Этот человек сильнее Гитлера" (кн. "От имени ленинградцев"). Вечером в своём дневнике Берггольц напишет: "Сегодня была на Седьмой симфонии Шостаковича. О, какая мука, что нельзя рассказать об этом Коле, какая бида и несправедливость, что он не услышит её: Я внутренне всё время рыдала, слушая первую часть и так изнемогла от немыслимого напряжения, слушая её, что середина как-то пропала. Слыхали ли её в Ленинграде наши! Мне хочется написать им об этом".
     30 марта 1942 года Шоста ович пришёл к Бе гг льц в ее гостиничный номер. Она переда а ему рукописный, т гда ещё москвичам неизвестный "Февральский дневник" и попросила написать несколько слов для ленинградцев. Он пообещал.     

     1 апреля была готова корреспонденция Берггольц для Ленинградского радио о московс ой премьере Седьмой симфонии:      Товарищи, это о нас, это о сент брьских днях Ленинграда, п лных гнева и вызова: Товарищи, это про нас, это наша великая бесслёзная скорбь о наших родных и близких - защитниках Ленинграда, погибших в битвах на подступах к городу, упавших на его улицах, умерших в его полуслепых домах: Мы давно не плачем, потому что горе наш больше слёз. Но, убив облегчающие душу слёзы, горе не убило в нас жизни. И Седьмая симфония рассказывает об этом" (Выступления по радио. Ленинградцы за кольцом. - В книге "900 дней". Л.: Лениздат, 1957, стр. 238-239).

    Мама Шостаковича, его родные, добравши ь до Куйбышева, рассказали о всех ужасах Блокады. А Шостакович читал "Февральский дневник" Берггольц.

    А город был в дремучий убран иней.
    Уездные сугробы, тишина:
    Не отыскать в снегу трамвайных линий,
    Одних полозьев жалоба слышна,

    Скрипят, скрипят по Невскому полозья.
    На детских санках, узеньких смешных
    В кастрюльках воду голубую возят,
    Дрова и скарб, умерших и больных:

    Так с декабря кочуют горожане
    За много вёрст, в густой туманной мгле,
    В глуши слепых, обледеневших зданий
    Отыскивая угол потеплей.

    Вот женщина ведёт куда-то мужа.
    Седая полумаска на лице,
    В руках бидончик - это суп на ужин.
    Свистят снаряды, свирепеет стужа:
   "Товарищи, мы в огненном кольце!"


    А девушка с лицом заиндевелым,
    Упрямо стиснув почерневший рот,
    Завернутое в одеяло тело
    На Охтинское кладбище везёт.

    Везёт, качаясь, - к вечеру добраться б:
    Глаза бесстрастно смотрят в темноту.
    Скинь шапку, гражданин!
    Провозят ленинградца,
    Погибшего на боевом посту.


    У Шостаковича "перо из рук выпало", по его словам, когда он прочел "Февральский дневник". Он передал его Берггольц, но больше они не встречались, хотя прожили в Москве ещё три апрельских недели. Шостаковичу было стыдно. Он считал себя неоправданно защищенным, благополучным вдалеке от ленинградского страданья (Хентова).
    20 апреля Ольга Берггольц с Николаем Тихоновым и Александром Фадеевым вылетела в Ленинград.

   "Я рассказала своим товарищам по Радиокомитету и по радио - ленинградцам. И вот загорелась у нас мечта исполнить "Ленинградскую симфонию" в Ленинграде". "Единственный остававшийся тогда в Ленинграде оркестр Радиокомитета убавился от голода за время трагической нашей зимы почти наполовину: И всё-таки эти оставшиеся в живых, страшно истощённые музыканты и руководство Радиокомитета загорелись идеей во что бы то ни стало исполнить Седьмую в Ленинграде. Яша Бабушкин через городской комитет партии достал нашим музыкантам дополнительную кашу "без вырезок" (кажется, по тому времени это составляло целых сорок граммов крупы или соевых бобов), но всё равно людей было мало для исполнения Седьмой: могучая партитура симфонии требовала сдвоенного состава оркестра. Тогда по Ленинграду был через радио объявлен призыв ко всем музыкантам, находящимся в городе, явиться в Радиокомитет для работы в оркестре. И они пришли. Пришёл истощавший, опиравшийся на палочку Заветновский, концертмейстер, первая скрипка филармонии. Пришёл старейший артист Ленинграда, семидесятилетний валторнист Нагорнюк: И всё же необходимого сотава оркестра не было. Тогда политуправления фронта и Балтийского флота отдали распоряжение прикомандировать к сводному городскому оркестру ленинградских музыкантов из армейских и флотских оркестров".

    В июне-июле 1942 года Ольга Берггольц писала "Ленинградскую поэму". "Ленинградская симфония" и "Ленинградская поэма" также встанут рядом.
    Во время репетиций симфонии Берггольц писала: "Немцы стягивают силы и готовят наступление на город с трёх концов. Быть может, скоро тут начнется сущий ад" (16 июня). "Из Ленинграда бегут. Вообще, настроения подавленно-панические: Все ждут штурма и боятся его".

    Опять постылый свист снарядов,
    И город, падающий ниц,
    Не надо, Господи, не надо, -
    Мне всё страшнее в эти дни.

    Взятие Ленинграда было назначено Гитлером на 9 августа - дата значилась на заранее подготовленных билетах на банкет по этому случаю в "Астории". Радиокомитет и городское управление искусств назначили именно на этот день в городе премьеру Ленинградской симфонии в Большом зале филармонии. Ольга Берггольц должна была написать о ней для союзников Англии, США. Когда стало ясно, что оркестр справляется с исполнением, 4 августа Берггольц пометила в дневнике заказ на статью о Седьмой. Поводом являлось также первое исполнение симфонии в США, куда плёнку с переснятой партитурой отправили через Атлантику на самолёте и военном корабле.
    7, 8 августа непосредственно перед премьерой она писала стихотворение "Именем Ленинграда", 8 августа: "Стихи "Именем Ленинграда" могут получиться, да отвлекает эта Седьмая".
   "Ванна, лишняя каша, человеческая воля - вот из всего этого получится Седьмая симфония", - так напишут после войны в сценарии "Ленинградская симфония" Ольга Берггольц и Георгий Макогоненко.

    
9 АВГУСТА 1942 в блокадном городе была исполнена Седьмая симфония Шостаковича.

    Берггольц: "Огромная эстрада филармонии была тесно заполнена. За пультом сидел сводный городской оркестр. Здесь было ядро оркестра - музыканты Радиокомитета; здесь были музыканты в армейских гимнастёрках и флотских бушлатах - пестро, необычно для "нормального" оркестра были одеты и музыканты. Но дирижёр Карл Ильич Элиасберг встал за пульт в самом настоящем фраке, который, правда, висел на нём, как на вешалке, - так похудел он за зиму.
    Наступила полная тишина, и началась музыка: И мы, не плакавшие над погибающими близкими людьми, сейчас не могли и не хотели сдерживать отрадных, беззвучных, горючих слёз. И мы не стыдились их.

    И не только в Большом зале было такое, но и во всём городе. И по воинским частям, и по кораблям флота, оберегавшим покой города, в те часы был отдан приказ: пока исполняется Седьмая, тревогу артиллерийскую и воздушную объявлять только в самом крайнем случае. У зениток и орудий контрбатарейной стрельбы напряженно ждали артиллеристы и "слухачи". Им не пришлось услышать Седьмую в тот вечер - они слушали воздух, они слушали не оркестр (к счастью, тревога началась уже после исполнения симфонии).
А в городе были включены все уличные репродукторы. И граждане толпой стояли перед ними и внимали, внимали всей душой мужественной победоносной музыке, которая неслась из тех же репродукторов, откуда меньше года назад раздавался негромкий и внутренне взволнованный голос композитора.

    В 1943 году Шостаковичи переселились в Москву.
    В 1944 году, через три года после эвакуации Шостакович приехал в Ленинград.
    Евгений Мравинский дирижировал Седьмой Ленинградской 1 ноября.
    Ольга Берггольц тогда выпустила поэму "Памяти защитников", строй которой, форма, подача материала вызывают аналогии с Седьмой симфонией. Поэма была создана по просьбе юной ленинградки Нины Нониной, брат которой Владимир погиб в боях за Ленинград. Некоторые отмечали даже "видимое сходство" между мелодическим построением поэмы "Памяти защитников" и тем, как воспринимала Берггольц Ленинградскую симфонию. Шесть частей поэмы представляли вариационную разработку одного мотива с картиной боя, гибели героя, материнского горя, с реквиемом перед финалом, призывавшим к вечной памяти:

    По своей, такой же скорби - знаю,
    Что, неукротимую, её
    Сильные сердца не обменяют
    На забвенье и небытиё.




    3. ПОСЛЕ СЕДЬМОЙ И ПОБОЛЬШЕ О ТРИНАДЦАТОЙ


   "Поверхностность, ты хуже слепоты,
    Ты можешь видеть, но не хочешь видеть:
    И мы не потому ли так спешим,
    Снимая внешний слой лишь на полметра,
    Что мужество забыв, себя страшим
    Самой задачей - вникнуть в суть предмета? 

    Евтушенко.


"- Почему Вы включили в концерт Шостаковича?
 - Потому, что это - Шостакович, - отвечал дирижёр.
 - Почему нужно было включать именно Тринадцатую симфонию?
 - Потому, что это - Шостакович.
   Это - Шостакович. Его музыку должны знать все".

   Ответы дирижёра Арнольда Каца в Областном комитете партии.


   6 декабря 1944 года в Ленинграде впервые прозвучала ВОСЬМАЯ СИМФОНИЯ.
   В 1948 году в ЦК партии под руководством А.А. Жданова состоялось совещание деятелей советской музыки, и затем было выпущено Постановление "Об опере "Великая дружба" В. Мурадели, которое второй раз после 1936 года объявило Шостаковича формалистом.
   В 1949 году Шостакович принимает участие в Первом Всесоюзном съезде композиторов, выступает с покаянием, обещает писать песни и популярную музыку. После съезда сразу же уезжает с семьёй в Комарово. Узнаёт, что уволен из Ленинградской консерватории. С ленинградскими коллегами почти не общается, чтобы не ставить их под удар. Продолжает дружить с футболистами.
   После смерти Сталина Шостакович возвращается к симфонии, как высшему роду музыкальной драматургии. Летом в Комарово стал сочинять ДЕСЯТУЮ СИМФОНИЮ с символичной темой - монограммой D-es-c-h - Дмитрий Шостакович.
   В декабре 1954 году умерла жена Шостаковича Нина Васильевна. Шостакович очень горевал.
   Хотел женить на своей ученице Галине Уствольской. Уствольская показывала Шостаковичу всё, что сочиняла. Он хвалил, но никогда не публиковал и не способствовал исполнению.
   В 1956 году неожиданно женился на инструкторе Центрального комитета комсомола Маргарите Андреевне Кайнове. Возможно, это была любовь с первого взгляда, которая, как известно, свойственна и зрелым гениям. В этом же году Шостакович отмечает своё пятидесятилетие. Он помолодел, создал Шестой квартет. Главная тема первой части вырастает из песни "Хороший день, земля в цвету! Цветы растут и я расту", которую распевают дети в фильме "Падение Берлина".
   Кайнова однажды похвалила песни Соловьёва-Седого и сказала Шостаковичу: " Вот ты бы, Митя, тоже такие песни написал". Шостакович побледнел, но ярость сдержал.
   На трёхлетний период этой общей жизни пришлось много простых по стилю, языку и тематике произведений.
   ОДИННАДЦАТУЮ СИМФОНИЮ Шостакович назвал "1905 год" и построил на трансформациях старой революционной песенности, Юношеский Второй фортепианный концерт адресует для исполнения сыну, в 1958 году сочиняет свою единственную оперетту на актуальную тему о новосёлах. Занимается редакцией и оркестровкой оперы "ХОВАНЩИНА" для экранизации. Концертирует в Москве, Ленинграде, Праге, Свердловске, Воронеже, Тамбове, Львове, Кишиневе, Одессе, Киеве.
   В 1959 году развёлся с Кайновой, очень хорошо материально обеспечив ее последующую жизнь.
   Обнаруживаются явные признаки болезни конечностей. Концертирует в Варшаве (фестиваль "Варшавская осень"), Шотландии, Англии, Франции вместе с оркестром Ленинградской филармонии.
   Возвращается к сатире. На стихи Саши Черного пишет вокальный цикл для сопрано "Сатиры" с номерами: "Критику", "Пробуждение весны", "Потомки", "Недоразумение", "Крейцерова соната".

   Я как филин на обломках переломанных богов
   В неродившихся потомках нет мне братьев и врагов,
   Я хочу немножко света для себя, пока я жив;
   От портного до поэта всем понятен мой призыв.

   Один из автографов "Сатир" был подарен Уствольской с надписью: "Дорогой Гале Уствольской от любящего Д. Шостаковича. 6 апреля 1961 года".
   Шостакович стал первым секретарём Союза композиторов РСФСР, членом Совета мира и т.д.
   1959-1962: Первый виолончельный концерт, ДВЕНАДЦАТАЯ СИМФОНИЯ.
   К пятидесятилетию жены Нины Васильевны Шостакович сочиняет Седьмой квартет, по-светлому печальный. Восьмой квартет мажорный.
   Поздние вокальные циклы и квартеты Шостаковича близки по трагической глубине с "Дневными звёздами" Ольги Берггольц. Берггольц продолжает ходить на Шостаковича: "Бетховена я люблю, но Шостакович мне гораздо ближе. Здесь и одиночество и трагедия". Ей особенно нравились Пятая, Седьмая, Восьмая симфонии.
   Шостакович женится на блокаднице Ирине Антоновне Супинской. Он сохраняет юношескую бодрость и чувство юмора. Миссия Жены Шостаковича исполнялась Ириной очень хорошо и правильно. Шостакович: "У нее имеется лишь один большой недостаток: ей двадцать семь лет. В остальном она очень хорошая, умная, весёлая, простая, симпатичная. Носит очки, буквы "л" и "р" не выговаривает".
   

    Шостакович пишет хор "БАБИЙ ЯР" на стихи Е.Евтушенко. Бабий Яр - тема не столько еврейская, сколько общечеловеческая. Это место на северо-западе Киева, где были расстреляны сотни тысяч евреев, украинцев, русских, стариков, женщин, детей, потому что по мнению фашистского и советского режимов они не имели права на существование. Их расстреливали и клали в ямы слоями. Позже на этом месте строили дома. А потом прошел солевой поток из заводских отходов, и погибло еще полторы тысячи человек (1961).

    Однажды в Летнем саду два петроградских мальчика - Дмитрий Шостакович и Лео Арнштам - поклялись: Никогда не жаловаться. И, действительно, на протяжении всей жизни от них ничего подобного не слышали.

    Интерес Шостаковича к еврейской теме в юности диктовался традицией, характерной для русской классической музыки - восточной ориентальности. Но композитор обращается к этой теме и в годы Сталинских репрессий.

    Особое место в творческой эволюции Шостаковича занимает ТРИНАДЦАТАЯ СИМФОНИЯ. У него не было уверенности, что созданное можно будет считать симфонией: всё отличалось по форме, структуре, исполнительскому составу. Он писал: "Вернее, это, пожалуй, будет вокально-симфоническая сюита". Сюита на тему "Бабьего яра" Евтушенко о страданиях еврейского народа. В 1955 году Шостакович был в Киеве и увидел Бабий яр. В 1961 году в канун двадцатилетия расстрела здесь побывает Евтушенко:

    Я, сапогом отброшенный, бессильный,
    Напрасно я погромщиков молю.
    Под гогот: "Бей жидов! Спасай Россию!" -
    Лабазник избивает мать мою.

    ;Еврейской крови нет в крови моей,
    Но ненавистен злобой заскорузлой
    Я всем антисемитам,
    Как еврей
    И потому -
    Я - настоящий русский!


   "Бабий яр", - писали в Советском Союзе, - "очевидное отступление от коммунистической идеологии на позиции идеологии буржуазного толка". Если бы не "оттепель", поэта арестовали бы.

    Запись клавира предшествовала партитуре. Исполнительский состав: басовый хор, симфонический оркестр и солист-бас. По форме это похоже на первую часть Седьмой симфонии, которая сначала сочинялась отдельно, как вокально-симфоническая поэма о нашествии, на слова псалмов царя Давида. Напевы, речитатив, колокол как символ памяти. Форма этой части - рондо с тремя контрастными эпизодами - о деле Дрейфуса, белостокском погроме и гибели Анны Франк. Кульминация - это скорбь и предостережение. Арам Хачатурян вспоминал: "Музыка прожигала, Смелость потрясала".

    Тринадцатая симфония открыла дорогу текстовой симфонической музыке. Раньше Шостакович прибегал к слову как вспомогательному средству (Вторая, Третья симфонии) или трансформировал песенный материал (Одиннадцатая симфония), а в Четвертой, Пятой, Десятой симфониях слово его стесняло и ограничивало, как в начале Седьмой. Теперь его СИМФОНИЯ СТАЛА ВОКАЛЬНОЙ. По двум причинам: этого требовало время (оно всегда вопиёт) и Шостакович тянулся к сценичности мышления. Таким образом, право называться симфонией получают разные вокально-симфонические произведения с чертами оратории, кантаты, сюиты.
    Шостакович поехал в Ленинград, чтобы предложить исполнить Тринадцатую симфонию Мравинскому, первому исполнителю Пятой, Шестой, Восьмой, Девятой, Десятой и Двенадцатой симфоний. Мравинский отказался. Он ссылался на содержание симфонии, говорил, что тяготеет к "чистой" симфонической форме. Но ведь он дирижировал "Песнью о лесах", аккомпанировал на премьере Скрипичного концерта. Ленинград отказал.
    Премьеру стали готовить в Москве. Она состоялась после многих унижений. В поисках певца для Тринадцатой симфонии Шостаковичу помогли Кондрашин, Галина Вишневская, тогда солистка Большого театра. Бас А.Ведерников отказался. Сольную партию выучил В.Т. Нечипайло, дублёром стал В.М. Громадский. Нечипайло отстранили, остался Громадский. Помогал и Ростропович, уговорил Шостаковича заняться дирижированием. Премьера состоялась 18 декабря 1962 года в Большом зале Московской консерватории. Ее никак не освятили в средствах массовой информации, но аншлаг был полным.

    Эра Хрущева близилась к закату. К Шостаковичу приходили письма с ругательствами, оскорблениями. Распространили слух, что он еврей.

    Евтушенко вносит переделки в свою поэму "Бабий яр". Шостакович отказывался изменять музыку. Говорил, что предпочитает "исправляться" в последующих сочинениях. Но текст симфонии всё равно был "исправлен" так:

     До "исправления":

     Мне кажется сейчас -я иудей.
     Вот я бреду по древнему Египту.
     А вот я, на кресте распятый гибну
     И до сих пор на мне - следы гвоздей.

     B сам я - как сплошной беззвучный крик,
     Над тысячами тысяч погребенных,
     Я - каждый здесь расстрелянный старик.
     Я - каждый здесь расстрелянный ребёнок.

     После "исправления"

     Я тут стою, как будто у криницы,
     Дающей веру в наше братство мне.
     Здесь русские лежат и украинцы,
     Лежат с евреями в одной земле.

     Я думаю о подвиге России,
     Фашизму, преградившей путь собой,
     До самой нашей крохотной росинки,
     Мне близкой всею сутью и судьбой.


     В 1964 году симфония нигде не исполнялась.
     В Ленинграде премьера состоялась в июне 1966 года. На фестивале "Белые ночи", посвящённом шестидесятилетию Шостаковича.
     Всю жизнь Шостакович отмечал две даты: 12 мая -премьеру Первой симфонии и 20 июля - окончание Тринадцатой.
     Жена приносила Шостаковичу стихи Рильке, Апполинера, Цветаевой, Лорки.
     Проходили концерты в Англии, Дании, Франции, США, Болгарии, ФРГ, ГДР, постановки опер зарубежом.
     Сын Шостаковича Максим стал дирижёром, много гастролировал, у дочери родилось двое детей.
     2 апреля 1971 года Шостакович записывает эскизы ПЯТНАДЦАТОЙ СИМФОНИИ. Чистая симфоническая форма после текстовых Тринадцатой и Четырнадцатой.
     В 1970-71 годы Шостакович лечится после первого инфаркта в курганской клинике ортопеда Г.А. Илизарова. Врач настаивает на интенсивных физических упражнениях.
     17 сентября 1971 года у Шостаковича - второй инфаркт. Но композиторская работа продолжается в полную силу. Каждый молодой композитор, как и прежде, мог прийти к Шостаковичу и показать свою партитуру.
     Шостаковичи жили в Москве. Композитор сочиняет Пятнадцатый квартет. Летом 1975 года - Сонату для альта и фортепиано. В медленную часть - Адажио - он ввел интонацию Лунной сонаты Бетховена.
     Приступ удушья. Предположили инфаркт. Диагноз не подтвердился. Больному разрешили посмотреть футбольный матч. Всё закончилось 9 августа 1975 года, в субботу, в 18 часов 30 минут. В 1942 году в этот день в блокадном Ленинграде исполняли Седьмую симфонию.
     Завещания и даже устных распоряжений он не оставил. Был случай, когда, возвратившись после заседания о тяжбе по поводу наследства С.С. Прокофьева, он сказал: "После меня, чтобы такого не было, иначе я приду к вам с того света".

     Сын Максим с внуком остались в ФРГ на положении невозвращенцев, враждебных советской власти. Поэтому к семье Шостаковича, оставшейся в Союзе, был приставлен агент по кличке "Синягин".
     В конце 80-х Ирина Антоновна Шостакович обнародовала неизвестную сатиру композитора на музыкальный консерватизм, Сталина, Жданова. При участии вдовы автора осуществился выпуск первого собрания сочинений Шостаковича, был основан Международный фонд Шостаковича с центром в Париже. Мстислав Ростропович и Галина Вишневская, преодолев огромные трудности, создали Музей Шостаковича в Санкт-Петербурге на улице Марата, 9.
      Светлой памяти Шостаковича и Ростроповича.

АВТОР А.

28.08.2008 

/Наш материал также размещен на сайте Центра Духовных и Культурных традиций Петербуржцев "Ландыш" - www.source.h10.ru -http://source.h10.ru/cgi-bin/info.cgi?shost 

Копирование возможно со ссылкой на good-cinema.ru 

Основные сочинения Д.Д. Шостаковича:


1.Оперы - "Нос" (по Н.В. Гоголю, 1928), "Леди Макбет Мценского уезда" (1932; "Катерина Измайлова", 1962), "Игроки" (по Н.В. Гоголю, не окончено);

2.Балеты - "Золотой век" (1930), "Болт" (1931), "Светлый ручей" (1935);

3. Музыкальная комедия "Москва-Черемушки" (1958);

4. Для солиста, хора и оркестра - оратория "Песнь о лесах" (1949), кантата "Над Родиной нашей солнце сияет" (1952), "Казнь Степана Разина" (1964),;

5. Для симфонического оркестра - 15 симфоний (1925-1971);

6. Концерты с оркестром - 2 для фортепиано (1933, 1957), 2 для скрипки (1948, 1967), 2 для виолончели (1959, 1966); камерно-инструментальные ансамбли - сонаты для скрипки (1968), альта (1975), виолончели с фортепиано (1934), 2 фортепианных трио (1923; памяти И.И. Соллертинского, 1944);

7. 15 струнных квартетов (1938-1974) и др.;

8. Для фортепиано - 2 сонаты (1926, 1940), 24 прелюдии (1933), 24 прелюдии и фуги (1951) и др.;

9. Хоры a capella;

10. Романсы и песни;

11. Вокальные циклы - в том числе "Из еврейской народной поэзии" (1948) /Еврейскому "вопросу" посвящена Тринадцатая симфония Шостаковича/, Семь стихотворений Блока (1967), Шесть стихотворений Марины Цветаевой (1973), Сюита на стихи Микеланджело (в 11-ти частях, 1974) и др.;

12. Музыка к спектаклям драматического театра и кинофильмам - в том числе "Встречный", "Трилогия о Максиме", "Гамлет", "Король Лир" и др.

 

 

 Тематическая литература


Д. Шостакович о времени и о себе. - М., 1980;

Д. Шостакович. Между мгновением и вечностью. Документы. Материалы. Статьи. - СПб., 2000;

Арановский М.Г. Музыкальные "антиутопии" Шостаковича // Русская музыка и XX век. - М. 1997;

Богданова А.В. Оперы и балеты Шостаковича. - М., 1979;

Гордость советской музыки / Ред.-сост. М.Яковлев. - М., 1987;

Данилевич Л., Дмитрий Шостакович. Жизнь и творчество. - М., 1980;

Житомирский Д. Шостакович // Муз. Академия. 1993. ? 3;

Сабинина М.Д. Шостакович-симфонист - М., 1976;

Русские композиторы. Л.А. Серебрякова. - "Урал Л.Т.Д.", 2001;

Русская музыка и XX век. М. Арановский. - М., 1997;

Хентова С.М. Шостакович. - Л., 1986;

Хентова С.М. Шостакович в Петрограде-Ленинграде. - Л., 1979;

Данилевич Л. Наш современник. - М., 1965;

Третьякова Л.С. Дмитрий Шостакович. - М., 1976;

Хентова С.М. Удивительный Шостакович. - СПб., 1993.

 

 

 

 

 

08.05.2010

   Последние обновления:
фильмы
Дурак
06.06.2017
Кундун
01.06.2017
Чучело
28.05.2017

личности в кино

статьи

Троник:сделайте сайт у нас
История Олимпийских Игр
От античности до современности
Петр и Патрик
Все об Ирландии