Хорошее кино
Хорошее кино
А | Б | В | Г | Д | Е | Ж | З | И | К | Л | М | Н | О | П | Р | С | Т | У | Ф | Х | Ц | Ч | Ш | Щ | Э | Ю | Я | Весь список
Беата Тышкевич

 

Первая пани польского кино

Эту блестящую, полную пленительной чувст­венности и артистизма, поистине царственнную женщину наши зрители запомнили по фильмам «Пепел», «Рукопись, найденная в Сарагосе», «Марыся и Наполеон», «Кукла», «Дворянское гнез­до». Ее участие в тринадцатисерийной польско-французской ленте «Большая любовь Бальзака» лишь добавило ей популярности.

.. .Так счастливо сложилось, что уже в первой роли Беата Тышкевич попала на «свой типаж». В экрани­зации одного из произведений классика националь­ной литературы Александра Фредро (его называют «польским Мольером») семнадцатилетняя актриса первые окунулась в прошлое, в мир богатых усадеб,  изысканно одетых дам... С той поры Беата частенько играла в так называемых костюмных фильмах, пред­ставляющих романтическую, ушедшую эпоху. Здесь она действительно была на своем месте, эта очароваельная полька, в жилах которой течет «голубая» кровь знаменитого рода Тышкевичей и не менее зна­менитых Потоцких.

Большое влияние на нее оказал круг материн­ских друзей: поэты, писатели, философы... Вообще она росла, как и все дети войны, в голоде и нужде. О нарядах и сказочных интерьерах оставалось лишь мечтать. А воспоминания об иной жизни, видимо, все-таки остались в ее генах, что и позволило ей столь убедительно и достоверно играть в фильмах Вайды, Хасса и Рыбковского. В реальной жизни ее не прельщает желание блистать в дорогих нарядах, мехах и золоте. Тем не менее несколько раз соотече­ственники удостаивали ее звания «Мисс Элегант­ность», которое ежегодно присуждается в Польше самой стильной и элегантной женщине, вне зависи­мости от рода ее занятий. Выходит, дело совсем не в золоте и бриллиантах...

Красавица Беата, с юности окруженная роем поклонников, под венец не торопилась. Ее любовью долгое время был известный польский актер Збигнев Цибульский, с которым они снимались вместе в фильме «Рукопись, найденная в Сарагосе». «Збы­шек был неотразим в старинном элегантном костю­ме, — вспоминает Беата. — Он уже был звездой, но слава его не изменила. Иногда по ночам или на рас­свете Збышек приходил в мою варшавскую квар­тирку на Замковой площади, вместо цветов прино­сил грушу или яблоко. И непременно повторял: «Я тебя не люблю. Ты для меня просто символ вар­шавского княжества».

У актера было опасное хобби: он всегда прыгал в поезд на ходу, и не потому что опаздывал, а просто ради забавы. И однажды не сумел впрыгнуть и по­гиб под колесами скорого «Вроцлав — Варшава»...

 

У Беаты очень теплые воспоминания о встречах с русскими людьми. «Для меня Россия — не только немыслимые просторы, не только богатейшие земли, но прежде всего ваши удивительные люди, — сказала актриса в одной из бесед с московскими журналистами. — Я была дружна с Тарковским, навещала его уже смертельно больного в Париже... Обожаю Смоктуновского, великого актера, от ко­торого на сцене буквально исходило свечение. Осо­бый рассказ — о семье Михалковых. Мы подружи­лись в те далекие годы, когда я снималась в фильме «Дворянское гнездо» по Тургеневу в постановке Андрона Кончаловского. Сергей Владимирович и Наталья Петровна (пусть земля ей будет пухом) опекали меня, как родную дочь. По отношению к Никитке, которому в ту пору было четырнадцать или пятнадцать лет, я чувствовала себя временами старшей сестрой...»

В тот период актриса жила в ленинградской гос­тинице «Астория». А неподалеку в магазине прода­валась клюква в сахаре. «Тогда в Советском Союзе не было многих вещей, а клюква — была, — объяс­няет Беата. — Это лакомство стало моим любимым. И остается по сей день. А еще из того времени я помню замечательную селедку с картошкой, кото­рую мы каждый день ели в «Астории». Селедка с картошкой и клюква в сахаре... Деликатесы!»

Еще она вспоминает свой роман с Андроном Кончаловским. Во время объяснения ее героини с Лаврецким актриса никак не могла заплакать. И то­гда Андрон... ударил ее по лицу. Ни один режиссер не позволял себе такого обращения с ней, и Беата была в шоке — впрочем, как и любая другая на ее месте. Ан­дрон тут же, правда, бросился умолять вернуться на площадку. Актриса вернулась, из глаз ее лились сле­зы... Сцена удалась.

«Андрон очаровал, увлек меня своим талантом, силой своей незаурядной натуры, — признается Беата. — Мы думали с ним о женитьбе, вынашива­ли совместные творческие планы, но в силу разных причин наш брак не состоялся. Но эта любовь оста­вила долгий счастливый след в моих мыслях и серд­це...» Впрочем, любовь — это болезнь, считает ак­триса, а болезнь проходит.

А вот как те же события представлены в воспо­минаниях самого Андрона Кончаловского: «...Мы познакомились году, наверное, в 1961-м. Она бы­ла для меня польской звездой — далекой, заманчи­вой, соблазнительной, недосягаемо красивой. Мы гуляли по летнему лесу... и вдруг почувствовали, что все серьезно. Целовались...»

Андрон привез польскую актрису на дачу на Николиной горе, в красивый старый дом с терраса­ми на берегу реки. Душой этого дома была одна из самых интересных женщин, встреченных Беатой в жизни, — мать Андрона и Никиты Михалковых, Наталья Петровна, дочь известного русского ху­дожника Петра Кончаловского. Женщины настоль­ко сблизились, что долгое время Беата обращалась к ней «мама». «Мой роскошный туалет в «Дворян­ском гнезде» был украшен драгоценностями Ната­льи Петровны... — уточняет Тышкевич. — ...Наталья Петровна упоенно шила. Не успевала дошить платье для своей невестки красавицы актрисы На­тальи Аринбасаровой, которую «украл» в Алма-Ате Андрон, как он уже приводил ей новую жену. Он любил своих женщин беспокойной российской лю­бовью. На редкость обаятельный, Андрон был спо­собен на широкие жесты и умел удивить. Продать, например, старинное фортепьяно, чтобы угостить меня прекрасным ужином. Помню его подарки — кольцо с жемчужиной, фарфоровую чайную чашку в форме цветка магнолии, сделанную в XIX веке на фабрике Кузнецова. Я никогда не пользовалась этой чашкой по назначению, мне казалось, что в ней спит его заколдованная любовь».

«Она уехала и стала писать мне письма, — про­должает Кончаловский. — У нас началась прекрас­ная дружба. Замуж она вышла не за меня, а за Вай­ду. Как ни странно, я чувствовал, что Вайда меня к ней ревнует, хотя наш роман был исключительно платоническим».

Замуж прекрасная Беата вышла довольно позд­но — за человека, который дважды был женат и семнадцать лет прожил с другими женщинами.

«На пробах фильма «Пепел» в 1965-м в Небо­рове мы решили создать общий дом, — рассказыва­ла Беата. — Меня переполнял восторг от того, что я буду нужна этому сумасшедше талантливому чело­веку, титану труда с потрясающим воображением. Все, что делал Вайда, было глубоко и невероятно интересно... Но с семьей пришлось повременить,

Я улетала на съемки в Индию. Кто знал, что разлука наша продлится более года, и останутся эти чудес­ные письма Анджея в одинаковых серо-голубых конвертах с адресом Бомбей, отель «Солнце и пе­сок»? В них вся наша жизнь и любовь. Вайда назы­вал меня «сладкой Дездемоной», «азиатским чудо­вищем без сердца», «снежной королевой» и считал дни до встречи..

В Индии Беата старалась заработать побольше: кинозвездам там платили неплохие деньги. Но когда истосковавшаяся и усталая она вернулась в Варшаву, Вайде пришлось уехать в Англию, а ей в Бельгию на съемки. Наконец, соединившись, режиссер и актриса решили купить большой дом в деревне. Нашли пре­красное фамильное имение неподалеку от Варшавы, на покупку которого ушли все сбережения Анджея и бомбейские гонорары Беаты. В 1967-м у них роди­лась дочь.

«Как оказалось, я совершенно не была готова к этому браку, — признавалась Беата.. Анджей был очень деликатным, тонко чувствующим человеком, я — слишком молода, чтобы это оценить. Через пять лет мы расстались. Для мамы, друзей, коллег наш развод был глубочайшим шоком! И вдруг по­является человек — обаятельный, милый, он посто­янно улыбается, в руках у него букетик чудесных фиалок. Он любит тебя и умеет справиться с твоим домом и жизнью гораздо лучше, чем ты сама. И од­нажды он становится твоим мужем. А уже через месяц ты не можешь его видеть. Так было у нас с молодым режиссером Витеком Ожеховским. Я иг­рала в его дипломной ленте «Вино для мессы». Ви­тек переехал ко мне, занялся моим домом, бытом и дочкой. Друзья смотрели на меня как на сумасшед­шую: променять Вайду на Ожеховского

После разрыва она уже не снималась у всемирно известного режиссера. «Это Бергман, например, делает фильмы о том, как он расстается со своими женщинами, — пожимает плечами Беата. — Анджей — человек скрытный и, как говорят поляки, с «хонором». А потом мы ведь славяне... Любовь для нас — большая ценность, мы не продаем ее так де­шево — за аплодисменты на премьере фильма...»

Но, как подчеркивает актриса, дальше ее ждала встреча с настоящей любовью. В Варшаву из Фран­ции прилетел архитектор Яцек Падлевский, в кото­рого Беата была влюблена в юности. Этот искушен­ный, разведенный мужчина, имевший от первого брака двух сыновей, окончательно утвердился в ее сердце и жизни. Когда они все-таки решились на совместную жизнь, им было по тридцать восемь. В 1977 году родилась желанная дочка Виктория.

Поселившись с любимым во Франции, Беата подумывала даже оставить актерскую профессию. К тому же в Марселе не было ни киностудии,  ни крупных театров... А если бы и были, то актрисе пришлось бы начинать свою карьеру практически с нуля. Она «отметилась» у Клода Лелюша в «Эдит и Марсель», снималась в каких-то малобюджетных комедиях, но большим творческим завоеванием эти работы так и не стали. Пани Тышкевич поняла, что не проживет без Польши, завянет без славянских корней. И вернулась домой. Имелись для того, ви­димо, и другие причины: «Бывают мужчины, кото­рые стремятся завладеть женщиной целиком — ее сердцем, мыслями, а потом выплюнуть... Есть и другие, но они скорее исключение».

Теплые чувства к России она сохранила на всю жизнь. Беата Тышкевич — частая гостья москов­ских кинофестивалей, охотно идет на контакты с журналистами, без всяких агентов и посредников, которыми облеплены западные звезды. Один из них как-то шутливо стал ей выговаривать: «Вы должны кривляться, капризничать, в лучшем случае мило­стиво соглашаться, дескать, у меня есть максимум десять минут — и все». Пани Тышкевич за словом в карман не полезла: «.. .Их западная жизнь с агента­ми, с табунами охраны — это их жизнь. А мы, как ни крути, все-таки по эту сторону Берлинской сте­ны, пусть и разрушенной...»

На вопрос, чем ей дороги 1960-е, актриса отве­тила: «...Приоткрылся «железный занавес», и весь Запад разом влюбился в Россию... И сами звезды, уже пресыщенные Парижем, Лондоном и Нью-Йор­ком, были в полном восторге от вашей страны. Те­перь-то ясно, что это был не слишком глубокий, ско­рее, туристический интерес. Но ко мне это не отно­сится... нас и «западников» специально разводили по секторам, чтобы исключить общение с «идеологическим противником». Но мы не унывали. Наш «Вар­шавский блок» был самым загульным и веселым...»

О сегодняшнем российском кинематографе Беата говорит следующее: «Ситуация парадоксальная. В эпо­ху тоталитаризма ваши лучшие фильмы гремели с триумфом по западным престижным фестивалям, и ваши режиссеры пользовались огромным личным ав­торитетом за рубежом. Сейчас, когда вы освободи­лись от идеологического пресса, чтобы делать великие картины, у вас нет денег. Кто сегодня способен снять «Войну и мир»? Никто... У вас появилось много очень богатых людей. Как они получили свое богатст­во за такой короткий срок — одному Богу известно».

Как говорится, тут ни убавить, ни прибавить... Только в одних ли финансах дело? В последнее вре­мя российские кинематографисты научились до­вольно успешно выбивать приличные суммы на тот или иной проект... Так что же? Шедевры-то где? И по-настоящему хорошие фильмы столь редки... И — бесконечные «Ники», «Тэфи», «Овации», призы, награждения...

...Работящая по природе, Беата встает в 6.30 утра и готовит завтрак. Даже душевные раны ак­триса залечивает так: идет на кухню и печет «что-нибудь вкусненькое». Запах душистого ароматного хлеба и чашечка кофе успокаивают ее... После су­матошного дня любит вытянуться на диване и по­быть в тишине.


Старшая дочь Беаты, Каролина, так и осталась единственным ребенком Вайды. Окончив факультет права, она живет с мужем в сорока километрах от Варшавы, держит конный завод... А усадьбу ей пода­рили родители. Младшая дочь актрисы, Виктория, окончила художественную академию. Сейчас она спе­циалист по компьютерной рекламе, снялась в не­скольких фильмах, но всю жизнь посвящать кино не собирается. «Черт в юбке» — так называет ее мать.

Даже во время перерывов в съемках Беата про­должает работать: написала воспоминания о своей жизни и пути в кино, взялась за другую рукопись. От услуг профессиональных журналистов после двух не­удачных попыток ей пришлось отказаться... «Может, кого-то это и разочарует — ради Бога. Я переживу, если даже кто-то, как и Бардо после выхода ее книги, назовет меня старушкой... То, что французы пишут о Брижит Бардо, обо мне в Польше никогда не скажут. У нас достаточно желтых, бульварных газет, но ни одна не посмеет опубликовать обо мне грязный слух или сплетню».

Беата — председатель польского Фонда культуры. Она любит поддерживать творчески одаренную мо­лодежь. В политических баталиях никогда не участ­вовала и очень прохладно относится к людям, начи­нающим эксплуатировать свою известность. «Если же, к примеру, Никиту Михалкова тянет на трибуну, то это его дело, — говорит Беата. — Мне в данной си­туации ближе Андрон Кончаловский, который под­черкивает свою аполитичность. На мой взгляд, для женщины единственная форма участия в политике — быть женой общественного деятеля. Случаются ис­ключения — Маргарет Тэтчер, Индира Ганди или Екатерина Фурцева, но на то они и исключения».

Сегодня лицо пани Беаты не сходит с экранов телевизоров: последняя аристократка польского кино игно­рирует рекламные ролики, но с удовольствием снимает­ся в телесериалах и участвует в многочисленных ток-шоу. Тышкевич завоевала популярность и в неожидан­ном амплуа — собирательницы кулинарных рецептов «В Польше считают: если женщина не умеет готовить, она не женщина. Это одна из форм самореализации и возможности доставить радость близким».

Актриса серьезно занимается фотографией, в Польше прошло уже несколько ее персональных выставок. «Наверное, это оберегает меня от таких из вестных актерских глупостей, как попытка заняться кинорежиссурой...»

Хотя, кто знает, может, пани Беата еще передумает...

Источник информации: "Грезы любви и экрана" (Издательство "Эксмо", 2007)
Оставить комментарий:
* Имя:
Ваш e-mail
*Комментарий:
*Код на изображении:

   Последние обновления:
фильмы
Дурак
06.06.2017
Кундун
01.06.2017
Чучело
28.05.2017

личности в кино

статьи

Троник:сделайте сайт у нас
История Олимпийских Игр
От античности до современности
Петр и Патрик
Все об Ирландии